Александра Николаевна

97-летняя Александра Николаевна очень плохо слышит, ничего не видит и почти не встает. Однако она находит утешение в молитве, заботе сестер милосердия и любви дочери, внуков и девяти чудесных правнуков.

Саша родилась на Волге, под городом Царицын (впоследствии переименованном в Сталинград и Волгоград), в 1919 году. В восемь лет она осталась сиротой, но в приют не попала. Старшая сестра, Анастасия, нашла работу в городе и взяла младших с собой. Местный адвокат предоставил им «угол», и в благодарность дети содержали в порядке его старый 2-этажный дом.

Одним из самых сильных и страшных воспоминаний детства для девочки стал период «голодающего Поволжья». На улицах Царицына ей довелось увидеть, как падавших от голода замертво людей тащили по земле волоком, чтобы предать земле. К счастью, в Сашиной небольшой семье все остались живы.

Перед началом Великой Отечественной войны повзрослевшая Александра вышла замуж. Ее избранником стал выпускник летного училища: в то время профессия пилота была очень популярна и ассоциировалась с чем-то героическим. Мать молодого человека выступала против этого брака: она знала, что у будущей невестки, как говорится, ни кола, ни двора. Тем не менее, свадьба состоялась. Но счастье, увы, оказалось недолгим: мужа призвали на фронт, и он погиб в самом начале войны. А Сашу как жену военного летчика с маленькой дочкой на руках эвакуировали в Оренбург. Прибыв на место, она определила девочку в садик, а сама пошла работать в заводскую контору.

Анастасия тоже стала женой пилота. В ходе войны ее муж принимал участие в Сталинградской битве и, волею судьбы, точечно бомбил родной город, который знал, как свои пять пальцев. После Победы он остался в армии и был командирован на службу в Молдавию. Сашу с дочкой позвали с собой. А через какое-то время семья снова переехала, на этот раз – в Киев.

На Украине Александре опять улыбнулось женское счастье – она познакомилась со вторым мужем, родила дочку Лену. «До призыва на фронт папа успел закончить Харьковский пединститут, а во время Великой Отечественной работал военным журналистом и дошел до Берлина, — рассказывает Елена Федоровна. – Когда война закончилась, он поступил в Военно-политическую академию, и мы переехали в Москву. Отец выбрал специальность «экономическая география» и, спустя годы, преподавал ее в Финансовом институте».

Сначала семья жила в офицерских домах на Пироговке, позже их переселили в Измайлово. И пока вторая дочка была совсем маленькой, Александра честно хлопотала по хозяйству и занималась детьми. Но деятельная натура не позволила ей окончательно превратиться в домашнюю хозяйку: младшую определила в садик, старшую — в школу, а сама закончила бухгалтерские курсы и устроилась на электроламповый завод. За все время работы там ее фотография не сходила с «Доски Почета» — настолько трудолюбивой, ответственной и аккуратной была эта женщина: каждая циферка в бухгалтерских книгах являлась образцом каллиграфии.

По словам дочери, Александра Николаевна была во всех отношения сильным человеком: успевала отлично справляться с работой, содержать в образцовом порядке квартиру и дачей, да еще и обшивать всю семью. Кроме того, она считала, что женщина должна хорошо выглядеть при любых обстоятельствах, поэтому всегда следила за собой, имела под рукой пудру и накручивала волосы на бигуди.

«А еще мама потрясающе вкусно готовила, пекла такие пироги, что я даже не пыталась перенять это мастерство, понимая, что никогда и близко не смогу с ней сравниться, — тепло улыбается Елена Федоровна. – Папа больше всего любил с мясом, я – с капустой, а еще ведь были и с яблоками, и с курагой и изюмом, и с маком…».

Сейчас Александра Николаевна с Еленой Федоровной живут вдвоем (ни мужа, ни сестры, ни старшей дочери, уже, к сожалению, нет в живых). В девяносто лет пожилой женщине диагностировали рак желудка, пояснив, правда, что в таком возрасте он будет вялотекущим. В придачу у Александры Николаевны все сильнее «садилось» зрение. Однажды дочь с ужасом увидела, насколько близко к горящей газовой конфорке наклоняется мама, чтобы рассмотреть, включилась ли плита. Поняв, что оставлять ее одну дома очень опасно, Елена Федоровна приняла решение уйти на пенсию и посвятить себя заботе о родном человеке.

Окончательная потеря зрения около пяти лет назад стала одним из самых досадных из выпавших на долю Александры Николаевны недугов. Ведь перестав видеть, она лишилась возможности заниматься тем, что любила, в частности, шить и вышивать. Как отметила Елена Федоровна, «маме всегда так нравилось рукодельничать, что порой она делала это тайком, при луне, чтобы не включать свет и не раздражать папу».

Дочь старалась придумать какое-то занятие, чтобы заставить Александру Николаевну вновь ощутить свою нужность и сопричастность к делу. Например, пока руки позволяли, она с радостью перематывала в клубочки скопившиеся в доме нитки для вязания. «Еще маме нравилось крошить хлеб для голубей: я усаживала ее за кухонный стол и вываливала на него все накопившиеся сухари и горбушки, а она долго и тщательно все это измельчала, да так, что весь пол вокруг был усыпан, как пляж песочком», — смеется Елена Федоровна.

Но физические возможности пожилой женщины все сильнее снижались. Кроме прочего, травма, полученная два года назад, едва окончательно не лишила Александру Николаевну подвижности: результатом случайного падения стал перелом шейки бедра.

По словам дочери, в первые недели было очень трудно: к маме невозможно прикоснуться — кричит от боли, а ведь нужно как-то дотащить ее хотя бы до туалета… К счастью, среди знакомых зятя оказался чудесный травматолог-ортопед, Алексей Заров. Он приехал, провел осмотр и спросил, согласна ли женщина на операцию в свои 96 лет. «А без этого я ходить не буду?» — «Нет, не будете». – «Ну, я подумаю». Доктор засмеялся и сказал: «Я ее беру».

Елена Федоровна боялась, что во время перевозки маме сделают больно: с замиранием сердца ждала, что та вот-вот вскрикнет, но бабушку несли, «как пушиночку». После тщательного двухнедельного обследования была проведена операция, и уже на второй день доктор заставил самую пожилую из своих пациенток сделать несколько шагов. — Теперь она может ходить, правда, из-за общей слабости, совсем недолго, но зато без боли.

Из-за отсутствия инвалидной коляски Александра Николаевна уже два года не выходила на улицу, что не может не огорчать заботливую дочь. Раньше они хотя бы дышали воздухом на балконе, но однажды мама начала «оседать» на пол, и дочь испугалась, что в случае падения не хватит сил поднять маму на ноги.

Прогрессирующая тугоухость привела к тому, что Александра Николаевна не могла слушать телевизор: опробованные слуховые аппараты не подошли, лежать в наушниках бабушке не понравилось. И тогда батюшка, приходящий причастить и соборовать больную, благословил купить четки. Теперь, по словам дочери, почти все то время, когда Александра Николаевна не спит, она молится и крестится, перебирая пальцами свою «сотенную ниточку».

Отрадно слышать, с какой нежностью и теплотой Елена Федоровна отзывается о своей маме, рассказывает, насколько сильно изменилась в результате болезни эта в прошлом решительная, а бывало даже и жесткая женщина, как она постепенно превратилась в смиренную, добрую и мягкую. «Я столько ласковых слов от нее услышала, сколько мне в детстве не говорили, — улыбается дочь. — Мама всегда чудесным образом понимает мое состояние, старается заботиться: «Лен, как ты себя чувствуешь? Пойди на кухню, попей чайку, потом ляг, ножки накрой — и все пройдет».

И еще она стала очень благодарной — говорит спасибо за каждую мелочь, боится лишний раз побеспокоить дочь и очень редко ее зовет, поэтому Елена Федоровна сама старается подходить, как можно чаще: «Несмотря на тяжесть своих заболеваний, мама не любит жаловаться. Я уже по движениям, по поведению научилась понимать, что именно ее беспокоит. Например, когда меняется погода, болит рука, в которой была трещина после падения, – мы укутываем ее пуховым платком, и становится легче».

После очередного восклицания: «Ну, что же Вы хотите в таком-то возрасте?!» и отсутствия практических рекомендаций они перестали вызывать врача из поликлиники: какие-то лекарства приобретаются по совету знакомых, что-то подсказывают в аптеке. А непосредственную помощь в уходе за пожилой женщиной, к счастью, взяли на себя приходящие сестры милосердия. И, конечно, все, что в их силах, стараются делать родные.

На дни рождения, 9 мая, Рождество и Пасху в доме обязательно собирается вся семья – дочь, двое внуков и девять правнуков. Встречи и приветствия растягиваются на долгие счастливые минуты: как правило, за очередным задорным «Здравствуй, бабушка!» следует радостное «Кто это?» и попытка узнать подошедшего, коснувшись руками его лица.

«Знаете, иногда смотришь на маму, и на какое-то мгновение может показаться, что сознание «ушло», — делится Елена Федоровна. – И тут, совершенно неожиданно, она дает какой-нибудь удивительно разумный совет или напоминает мне, что нужно поздравить с днем рождения кого-то из родственников. Получается, на самом деле, несмотря ни на что, она все понимает и обо всех помнит…»